ЦФА в России: от «рынка для своих» к новой физике бизнеса
Российский финансовый рынок все активнее ищет новые источники капитала для технологических и наукоемких компаний. Главный вопрос сегодня — какие направления развития смогут превратить цифровые финансовые активы из нишевого инструмента в полноценный механизм привлечения инвестиций в реальный сектор, способный конкурировать с классическим долговым рынком.
В мире активно идет процесс легализации токенизированных активов. Закон «О цифровых финансовых активах» был принят в 2020 году, почти синхронно с аналогичным регулированием во Франции, Японии и Сингапуре. Но в 2026 год российский рынок цифровых финансовых активов вошел в состоянии «высокоскоростной неопределенности».
Российские компании научились быстро перенаправлять долги в токены, но пока не создали единой логики развития, которая превратила бы ЦФА из банковского инструмента в реальный драйвер экономики. С одной стороны, мы видим отчеты о рекордном объеме выпуска ЦФА, который, по разным оценкам, с момента основания рынка уже превысил 1,5 трлн рублей. С другой, ЦФА все еще напоминает закрытый клуб: по итогам первого квартала 2026 года более 73% совокупного объема выпустили банки.
Главная опасность текущего момента — риск превращения ЦФА в «мусорную корзину» рынка облигаций. Когда компания не может выйти на классический долговой рынок, она идет в «цифру», где и барьеры на вход ниже, а контроль пока слабее. В 2025 году мы уже увидели первый тревожный звонок: дефолты среди эмитентов ЦФА. Чтобы не дискредитировать инструмент, необходима жесткая первичная оценка выпускающих такие активы компаний.
Для рынка в целом решением мог бы стать реестр аккредитованных компаний под эгидой профильных ассоциаций. На рынок должны выходить компании с понятным статусом, а не просто с желанием «перехватить денег». В противном случае вместо новых финансовых технологий мы получим волну дефолтов, которые подорвут доверие инвесторов на годы вперед.
К примеру, мы протестировали интерес инвесторов к ЦФА на базе эмитента «Европейская Электротехника». Это высокотехнологичный инжиниринговый холдинг, входящий в группу ОМЗ «Перспективные Технологии». И в этом случае барьер недоверия был существенно ниже, потому что «ЕЭТ» публичная компания с подтвержденным кредитным рейтингом BBB от АКРА, устойчивым финансовым положением и стабильной дивидендной историей.
Однако простое закручивание гаек создаст клон рынка облигаций, отличающийся от классического лишь парой нюансов. А рынок ЦФА не должен быть копированием старого. Цифровые активы — это новая физика бизнеса, чья истинная сила в гибкости и адаптивности, которую не может дать привычный долговой рынок.
Поэтому, на мой взгляд, развитие рынка ЦФА лежит в двух ключевых направлениях.
Наша компания фокусируется на развитии проектов жизненного цикла на площадке заказчика (on-site). Они реализуются по модели Build-Own-Operate, при которой компания сначала строит проект, затем сама им владеет и управляет, получая доход от его работы. Типичный кейс выглядит так: мы строим высокотехнологичную воздухоразделительную установку на территории заказчика и берем на себя ее эксплуатацию. Заказчик подписывает долгосрочный контракт на 20–30 лет, по которому гарантированно получает конечный продукт — технические газы (кислород, азот, аргон) в нужных объемах и по заранее согласованной формуле цены.
Обычно для реализации такого проекта создается отдельное юрлицо. Пока установка не запущена, это компания с нулевой выручкой и отсутствием кредитной истории. Выход на рынок классических облигаций затруднен из-за отсутствия рейтинга и отчетности по МСФО, а банковское кредитование часто обставлено жесткими требованиями, ограничивающими гибкость бизнеса.
ЦФА меняют физику этого процесса. Вместо того чтобы оценивать прошлое компании, которого на примере выше у нее нет, оценивается ее будущее. В этой логике токенизируются не сама компания, а будущие денежные потоки, защищенные многолетним контрактом. Поскольку цена продукта привязана к формуле, а объемы потребления гарантированы заказчиком по принципу take-or-pay, такой актив превращается в «машину по генерации денежного потока» с защитой от инфляции. А наличие смарт-контракта обеспечивает прозрачность доходности. Это позволяет высвободить капитал для новых строек, предложив инвесторам инструмент, сопоставимый по надежности с инфраструктурными облигациями, но с существенно меньшими издержками на организацию размещения.
Сейчас мы активно смотрим на рынок технологий долголетия (longevity). Биотех — это «долгие» деньги, колоссальные риски и огромные горизонты планирования. Классическое equity здесь слишком громоздко, а облигации — нецелесообразны. И как раз ЦФА могут стать аналогом краудсорсинга нового поколения, когда тысячи людей вкладывают небольшие суммы в разработку новых технологий, получая взамен право на долю в будущем успехе. Это позволяет дробить риски и давать розничному инвестору доступ к новому классу активов — проектам, которые раньше были прерогативой крупных фондов.
Но для того, чтобы эти направления заработали, рынок должен «повзрослеть». Сейчас ЦФА во многом — «рынок банков для самих себя». Каждая платформа — закрытая экосистема, в то время как экономике нужен реальный приток новых денег. К сожалению, операторам информационных систем зачастую выгоднее заработать комиссию на выпуске, не обременяя себя созданием сложной вторичной инфраструктуры. В результате ликвидность раздроблена и заперта внутри отдельных операторов, вторичного рынка не существует в полноценном виде, а инвестор не может выйти из актива в требуемый момент.
Возможный выход — создание единой площадки, к которой будут подключены все работающие операторы информационных систем. Это обеспечит бесшовный переток ликвидности и позволит ЦФА полноценно конкурировать с классическими финансовыми инструментами. Подобная площадка с хабом на территории дружественной страны также могла бы способствовать привлечению иностранных инвестиций в ЦФА, создав шлюз для внешнего капитала.
ЦФА способны стать эффективным инструментом привлечения новых инвестиций в реальный сектор экономики. Это позволит направить финансирование на критически важные инфраструктурные проекты, поддержать развитие высокотехнологичного краудсорсинга и в конечном счете придать дополнительный импульс росту национальной экономики.
Этот материал опубликован на платформе бизнес-сообщества Forbes Экспертиза
В мире активно идет процесс легализации токенизированных активов. Закон «О цифровых финансовых активах» был принят в 2020 году, почти синхронно с аналогичным регулированием во Франции, Японии и Сингапуре. Но в 2026 год российский рынок цифровых финансовых активов вошел в состоянии «высокоскоростной неопределенности».
Российские компании научились быстро перенаправлять долги в токены, но пока не создали единой логики развития, которая превратила бы ЦФА из банковского инструмента в реальный драйвер экономики. С одной стороны, мы видим отчеты о рекордном объеме выпуска ЦФА, который, по разным оценкам, с момента основания рынка уже превысил 1,5 трлн рублей. С другой, ЦФА все еще напоминает закрытый клуб: по итогам первого квартала 2026 года более 73% совокупного объема выпустили банки.
Главная опасность текущего момента — риск превращения ЦФА в «мусорную корзину» рынка облигаций. Когда компания не может выйти на классический долговой рынок, она идет в «цифру», где и барьеры на вход ниже, а контроль пока слабее. В 2025 году мы уже увидели первый тревожный звонок: дефолты среди эмитентов ЦФА. Чтобы не дискредитировать инструмент, необходима жесткая первичная оценка выпускающих такие активы компаний.
Для рынка в целом решением мог бы стать реестр аккредитованных компаний под эгидой профильных ассоциаций. На рынок должны выходить компании с понятным статусом, а не просто с желанием «перехватить денег». В противном случае вместо новых финансовых технологий мы получим волну дефолтов, которые подорвут доверие инвесторов на годы вперед.
К примеру, мы протестировали интерес инвесторов к ЦФА на базе эмитента «Европейская Электротехника». Это высокотехнологичный инжиниринговый холдинг, входящий в группу ОМЗ «Перспективные Технологии». И в этом случае барьер недоверия был существенно ниже, потому что «ЕЭТ» публичная компания с подтвержденным кредитным рейтингом BBB от АКРА, устойчивым финансовым положением и стабильной дивидендной историей.
Однако простое закручивание гаек создаст клон рынка облигаций, отличающийся от классического лишь парой нюансов. А рынок ЦФА не должен быть копированием старого. Цифровые активы — это новая физика бизнеса, чья истинная сила в гибкости и адаптивности, которую не может дать привычный долговой рынок.
Поэтому, на мой взгляд, развитие рынка ЦФА лежит в двух ключевых направлениях.
Первое направление: финансирование крупных проектов под залог будущей выручки
Наша компания фокусируется на развитии проектов жизненного цикла на площадке заказчика (on-site). Они реализуются по модели Build-Own-Operate, при которой компания сначала строит проект, затем сама им владеет и управляет, получая доход от его работы. Типичный кейс выглядит так: мы строим высокотехнологичную воздухоразделительную установку на территории заказчика и берем на себя ее эксплуатацию. Заказчик подписывает долгосрочный контракт на 20–30 лет, по которому гарантированно получает конечный продукт — технические газы (кислород, азот, аргон) в нужных объемах и по заранее согласованной формуле цены.
Обычно для реализации такого проекта создается отдельное юрлицо. Пока установка не запущена, это компания с нулевой выручкой и отсутствием кредитной истории. Выход на рынок классических облигаций затруднен из-за отсутствия рейтинга и отчетности по МСФО, а банковское кредитование часто обставлено жесткими требованиями, ограничивающими гибкость бизнеса.
ЦФА меняют физику этого процесса. Вместо того чтобы оценивать прошлое компании, которого на примере выше у нее нет, оценивается ее будущее. В этой логике токенизируются не сама компания, а будущие денежные потоки, защищенные многолетним контрактом. Поскольку цена продукта привязана к формуле, а объемы потребления гарантированы заказчиком по принципу take-or-pay, такой актив превращается в «машину по генерации денежного потока» с защитой от инфляции. А наличие смарт-контракта обеспечивает прозрачность доходности. Это позволяет высвободить капитал для новых строек, предложив инвесторам инструмент, сопоставимый по надежности с инфраструктурными облигациями, но с существенно меньшими издержками на организацию размещения.
Второе направление: цифровая замена классического краудсорсинга
Сейчас мы активно смотрим на рынок технологий долголетия (longevity). Биотех — это «долгие» деньги, колоссальные риски и огромные горизонты планирования. Классическое equity здесь слишком громоздко, а облигации — нецелесообразны. И как раз ЦФА могут стать аналогом краудсорсинга нового поколения, когда тысячи людей вкладывают небольшие суммы в разработку новых технологий, получая взамен право на долю в будущем успехе. Это позволяет дробить риски и давать розничному инвестору доступ к новому классу активов — проектам, которые раньше были прерогативой крупных фондов.
Но для того, чтобы эти направления заработали, рынок должен «повзрослеть». Сейчас ЦФА во многом — «рынок банков для самих себя». Каждая платформа — закрытая экосистема, в то время как экономике нужен реальный приток новых денег. К сожалению, операторам информационных систем зачастую выгоднее заработать комиссию на выпуске, не обременяя себя созданием сложной вторичной инфраструктуры. В результате ликвидность раздроблена и заперта внутри отдельных операторов, вторичного рынка не существует в полноценном виде, а инвестор не может выйти из актива в требуемый момент.
Возможный выход — создание единой площадки, к которой будут подключены все работающие операторы информационных систем. Это обеспечит бесшовный переток ликвидности и позволит ЦФА полноценно конкурировать с классическими финансовыми инструментами. Подобная площадка с хабом на территории дружественной страны также могла бы способствовать привлечению иностранных инвестиций в ЦФА, создав шлюз для внешнего капитала.
ЦФА способны стать эффективным инструментом привлечения новых инвестиций в реальный сектор экономики. Это позволит направить финансирование на критически важные инфраструктурные проекты, поддержать развитие высокотехнологичного краудсорсинга и в конечном счете придать дополнительный импульс росту национальной экономики.