Венчурный ренессанс или конец эпохи? Как Anthropic и OpenAI меняют контроль над вторичным рынком своих акций
Лидеры искусственного интеллекта, такие как Anthropic и OpenAI, активно ограничивают неавторизованную торговлю своими акциями накануне IPO. Что это значит для инвесторов и как теперь получать доступ к лучшим компаниям рынков частного капитала?
В 2026 году правила игры на венчурном рынке меняются. Anthropic и OpenAI выпустили жесткие предупреждения: любая передача акций без прямого письменного одобрения советом директоров будет признана ничтожной (void). То есть юридически это рассматривается так, как если бы ее не было: права на акции остаются за первоначальным держателем, а любые записи о переходе не подлежат внесению.
Компании опубликовали списки платформ, через которые торговля их бумагами не допускается. Среди них: Hiive, Forge Global, Sydecar и другие крупные игроки вторичного рынка. Под запрет попадают SPV-структуры, форвардные контракты и токенизированные доли. На практике это сужает круг легальных каналов входа в такие сделки до прямого взаимодействия с компанией или уполномоченными ею структурами.
Это не случайность и не временная мера. Anthropic недавно закрыла раунд по оценке около $965 млрд и конфиденциально подала заявку на IPO. Вслед за ней аналогичную заявку подала OpenAI. Ожидается, что размещение акций может состояться в 2026–2027 годах. Для обеих компаний юридически чистый реестр акционеров критически важен как для американского регулятора SEC, так и для будущих андеррайтеров IPO.
Эмитенты стремятся исключить риски появления после листинга претензий от держателей «серых» SPV-долей, особенно тех, кто приобрел акции с премией 30–50% к оценке последнего раунда. Показательно, что для SpaceX этот риск фактически не реализовался. Компания не выпускала предписаний о ничтожности сделок и не блокировала вторичные площадки, а ее акции свободно (в рамках стандартных ROFR и локапов) обращались на Forge, Rainmaker и Hiive. Ликвидность регулировалась не запретами, а периодическими тендер-офферами, поэтому претензий от держателей «серых» долей после подготовки к листингу не возникало.
На конференции «Смартлаба» в Санкт-Петербурге мы разбирали, как создание ценности постепенно перешло с публичных рынков на частные. По данным Capital IQ, за последние десятилетия индекс мирового частного рынка значительно опередил индексы публичных компаний. В мире сегодня работает более 140 000 частных компаний с выручкой свыше $100 млн против примерно 19 000 публичных с аналогичными показателями.
Особенно ярко это проявляется в технологиях. Капитализация публичных лидеров (Apple, Amazon) измеряется триллионами. Но самые динамичные истории роста сегодня происходят именно на рынке частного капитала: в компаниях SpaceX (до размещения), OpenAI, Anthropic, Stripe и других мегаединорогов, которые показывают кратное увеличение за последние годы, опережая традиционные фондовые индексы.
Так, лучшие венчурные фонды (95-й перцентиль) показывали среднегодовую доходность около 33% с 1990 по 2025 год против 10,9% у S&P 500. Именно поэтому венчур и прямые инвестиции занимают 9–11% в портфелях крупных инвесторов (по данным PwC).
В Go Invest мы фокусируемся преимущественно на поздних стадиях (late-stage), за 1–3 года до потенциального IPO. Это позволяет сочетать высокий потенциал роста с относительно более предсказуемой траекторией развития компании, зрелым и подтвердившим эффективность продуктом и минимизацией риска банкротства. Кроме того, короткий горизонт до листинга сокращает срок удержания позиции и делает сценарий выхода более осязаемым, а ценообразование ближе к рыночному за счет активного вторичного рынка и недавних раундов.
При принятии решения о выборе актива лучше руководствоваться строгим чек-листом:
Кратно больший общий доступный рынок (TAM). Совокупный денежный объем рынка, который компания могла бы охватить, заняв 100% своей ниши. Показатель задает верхнюю границу роста: чем больше запас емкости, тем дольше бизнес способен расти, не упираясь в потолок спроса.
Устойчивая бизнес-модель и здоровая юнит-экономика. Маржинальность на единицу продукта, клиента или заказа должна быть стабильно положительной. Это означает, что бизнес генерирует операционный денежный поток с каждой продажи и способен расти за счет собственных средств, а не только за счет внешних инвестиций.
Четкие конкурентные преимущества. Труднопреодолимые барьеры для конкурентов (патенты, сетевые эффекты, доступ к уникальным ресурсам) обеспечивают предсказуемость денежных потоков и защищают сверхприбыль на длинном горизонте.
Отсутствие критических регуляторных или рыночных рисков. Оценка внешней среды, неподконтрольной компании, но способной подорвать бизнес в короткие сроки: изменения в законодательстве, санкционное давление, появление технологий-заменителей.
Высокие темпы роста выручки и ее повторяемость. Быстрый рост подтверждает, что продукт востребован и компания успешно захватывает рынок. Регулярно повторяющаяся выручка (подписки, долгосрочные контракты) снижает неопределенность планирования, удешевляет удержание клиентов и делает денежный поток прогнозируемым.
Комфортная оценка и ожидаемая внутренняя норма доходности инвестиций (IRR) выше 30%. Цена входа не должна быть завышена относительно фундаментальных показателей и темпов роста. Высокая планка доходности — премия за повышенный риск венчурных инвестиций. Она компенсирует вероятность того, что часть компаний не дойдет до успешного выхода.
Отбор по чек-листу отвечает на вопрос «Во что входить?». Однако не менее важно заранее понимать, как из позиции выходить. Именно на этом этапе бумажная переоценка превращается в реальную доходность. Выход традиционно происходит через IPO, M&A или продажу на вторичном рынке (secondary sale).
Поздние стадии регулярно дают кратную переоценку на горизонте в 1–2 года. Несколько знаковых сделок 2025–2026 годов:
Groq (ИИ-чипы). В декабре 2025 года Nvidia приобрела ключевые активы компании в рамках лицензионной сделки на примерно $20 млрд — втрое выше оценки $6,9 млрд, по которой фонды заходили в сентябрьском раунде Series E. Стратегическая сделка (M&A), а не IPO стала для инвесторов точкой реализации стоимости.
Kraken (вторая по величине криптобиржа США). Осенью 2025 года оценка выросла с $15 млрд (Series C, сентябрь) до $20 млрд (раунд на $800 млн, ноябрь) всего за два месяца на фоне подготовки к IPO — около +33% для участников сентябрьского раунда.
xAI (ИИ-модель). В феврале 2026 года SpaceX поглотила xAI при совокупной оценке объединенной компании $1,25 трлн, открыв держателям экспозицию на один из самых закрытых и дорогих активов рынка, практически недоступный для вторичных покупок. А уже в июне 2026 года SpaceX провела IPO.
Подобные сделки показывают, что грамотно структурированные инвестиции на поздних стадиях способны приносить привлекательную доходность даже на коротком сроке.
Что меняется для инвестора
Ограничения усиливаются, и для крупных листингов в будущем они будут только нарастать. Для частного инвестора это означает необходимость работать только через выверенные юридические структуры с подтвержденным одобрением эмитента. Иначе риски после IPO могут быть существенными: от отсутствия прав в локап-периоде до признания сделки недействительной.
При этом возможности никуда не исчезают. Они просто становятся более профессиональными и требовательными к качеству комплексной проверки и юридической проработки.
Этот материал опубликован на платформе бизнес-сообщества Forbes Экспертиза
В 2026 году правила игры на венчурном рынке меняются. Anthropic и OpenAI выпустили жесткие предупреждения: любая передача акций без прямого письменного одобрения советом директоров будет признана ничтожной (void). То есть юридически это рассматривается так, как если бы ее не было: права на акции остаются за первоначальным держателем, а любые записи о переходе не подлежат внесению.
Компании опубликовали списки платформ, через которые торговля их бумагами не допускается. Среди них: Hiive, Forge Global, Sydecar и другие крупные игроки вторичного рынка. Под запрет попадают SPV-структуры, форвардные контракты и токенизированные доли. На практике это сужает круг легальных каналов входа в такие сделки до прямого взаимодействия с компанией или уполномоченными ею структурами.
Это не случайность и не временная мера. Anthropic недавно закрыла раунд по оценке около $965 млрд и конфиденциально подала заявку на IPO. Вслед за ней аналогичную заявку подала OpenAI. Ожидается, что размещение акций может состояться в 2026–2027 годах. Для обеих компаний юридически чистый реестр акционеров критически важен как для американского регулятора SEC, так и для будущих андеррайтеров IPO.
Эмитенты стремятся исключить риски появления после листинга претензий от держателей «серых» SPV-долей, особенно тех, кто приобрел акции с премией 30–50% к оценке последнего раунда. Показательно, что для SpaceX этот риск фактически не реализовался. Компания не выпускала предписаний о ничтожности сделок и не блокировала вторичные площадки, а ее акции свободно (в рамках стандартных ROFR и локапов) обращались на Forge, Rainmaker и Hiive. Ликвидность регулировалась не запретами, а периодическими тендер-офферами, поэтому претензий от держателей «серых» долей после подготовки к листингу не возникало.
Почему это важно именно сейчас
На конференции «Смартлаба» в Санкт-Петербурге мы разбирали, как создание ценности постепенно перешло с публичных рынков на частные. По данным Capital IQ, за последние десятилетия индекс мирового частного рынка значительно опередил индексы публичных компаний. В мире сегодня работает более 140 000 частных компаний с выручкой свыше $100 млн против примерно 19 000 публичных с аналогичными показателями.
Особенно ярко это проявляется в технологиях. Капитализация публичных лидеров (Apple, Amazon) измеряется триллионами. Но самые динамичные истории роста сегодня происходят именно на рынке частного капитала: в компаниях SpaceX (до размещения), OpenAI, Anthropic, Stripe и других мегаединорогов, которые показывают кратное увеличение за последние годы, опережая традиционные фондовые индексы.
Так, лучшие венчурные фонды (95-й перцентиль) показывали среднегодовую доходность около 33% с 1990 по 2025 год против 10,9% у S&P 500. Именно поэтому венчур и прямые инвестиции занимают 9–11% в портфелях крупных инвесторов (по данным PwC).
Как выбираются сделки
В Go Invest мы фокусируемся преимущественно на поздних стадиях (late-stage), за 1–3 года до потенциального IPO. Это позволяет сочетать высокий потенциал роста с относительно более предсказуемой траекторией развития компании, зрелым и подтвердившим эффективность продуктом и минимизацией риска банкротства. Кроме того, короткий горизонт до листинга сокращает срок удержания позиции и делает сценарий выхода более осязаемым, а ценообразование ближе к рыночному за счет активного вторичного рынка и недавних раундов.
При принятии решения о выборе актива лучше руководствоваться строгим чек-листом:
Кратно больший общий доступный рынок (TAM). Совокупный денежный объем рынка, который компания могла бы охватить, заняв 100% своей ниши. Показатель задает верхнюю границу роста: чем больше запас емкости, тем дольше бизнес способен расти, не упираясь в потолок спроса.
Устойчивая бизнес-модель и здоровая юнит-экономика. Маржинальность на единицу продукта, клиента или заказа должна быть стабильно положительной. Это означает, что бизнес генерирует операционный денежный поток с каждой продажи и способен расти за счет собственных средств, а не только за счет внешних инвестиций.
Четкие конкурентные преимущества. Труднопреодолимые барьеры для конкурентов (патенты, сетевые эффекты, доступ к уникальным ресурсам) обеспечивают предсказуемость денежных потоков и защищают сверхприбыль на длинном горизонте.
Отсутствие критических регуляторных или рыночных рисков. Оценка внешней среды, неподконтрольной компании, но способной подорвать бизнес в короткие сроки: изменения в законодательстве, санкционное давление, появление технологий-заменителей.
Высокие темпы роста выручки и ее повторяемость. Быстрый рост подтверждает, что продукт востребован и компания успешно захватывает рынок. Регулярно повторяющаяся выручка (подписки, долгосрочные контракты) снижает неопределенность планирования, удешевляет удержание клиентов и делает денежный поток прогнозируемым.
Комфортная оценка и ожидаемая внутренняя норма доходности инвестиций (IRR) выше 30%. Цена входа не должна быть завышена относительно фундаментальных показателей и темпов роста. Высокая планка доходности — премия за повышенный риск венчурных инвестиций. Она компенсирует вероятность того, что часть компаний не дойдет до успешного выхода.
Отбор по чек-листу отвечает на вопрос «Во что входить?». Однако не менее важно заранее понимать, как из позиции выходить. Именно на этом этапе бумажная переоценка превращается в реальную доходность. Выход традиционно происходит через IPO, M&A или продажу на вторичном рынке (secondary sale).
Примеры сделок 2025–2026 годов
Поздние стадии регулярно дают кратную переоценку на горизонте в 1–2 года. Несколько знаковых сделок 2025–2026 годов:
Groq (ИИ-чипы). В декабре 2025 года Nvidia приобрела ключевые активы компании в рамках лицензионной сделки на примерно $20 млрд — втрое выше оценки $6,9 млрд, по которой фонды заходили в сентябрьском раунде Series E. Стратегическая сделка (M&A), а не IPO стала для инвесторов точкой реализации стоимости.
Kraken (вторая по величине криптобиржа США). Осенью 2025 года оценка выросла с $15 млрд (Series C, сентябрь) до $20 млрд (раунд на $800 млн, ноябрь) всего за два месяца на фоне подготовки к IPO — около +33% для участников сентябрьского раунда.
xAI (ИИ-модель). В феврале 2026 года SpaceX поглотила xAI при совокупной оценке объединенной компании $1,25 трлн, открыв держателям экспозицию на один из самых закрытых и дорогих активов рынка, практически недоступный для вторичных покупок. А уже в июне 2026 года SpaceX провела IPO.
Подобные сделки показывают, что грамотно структурированные инвестиции на поздних стадиях способны приносить привлекательную доходность даже на коротком сроке.
Что меняется для инвестора
Ограничения усиливаются, и для крупных листингов в будущем они будут только нарастать. Для частного инвестора это означает необходимость работать только через выверенные юридические структуры с подтвержденным одобрением эмитента. Иначе риски после IPO могут быть существенными: от отсутствия прав в локап-периоде до признания сделки недействительной.
При этом возможности никуда не исчезают. Они просто становятся более профессиональными и требовательными к качеству комплексной проверки и юридической проработки.